?

Log in

No account? Create an account
Жизнь в стране Утренней Свежести к югу от 38 параллели

> Recent Entries
> Archive
> Friends
> Profile
> previous 10 entries

2017年4月21日


pm 01:06 - Возвращение

Прогуливаясь по неестественно свободным от китайского языка (Пожалуй, единственный китайский, который я тут слышу – это кантонский диалект, на котором преимущественно разговаривают жители Гонконга и прочих южных районов) туристическим улочкам по пути к российскому посольству в Сеуле, я вдруг вспомнил про свой старый добрый блог.

つづきを読む...Collapse )
Tags:

(Leave a comment)

2011年11月26日


am 01:03 - "Мочи крыса", "зарежем режим Ли Мёнбака" или как я ходил на корейскую демонстрацию.
24 ноября 2011 года.



За уже более года проживания в Южной Корее мне, в известной мере, удалось ощутить, а в некоторых случая, даже попробовать и самому поучаствовать в самых разнообразных сторонах жизни страны. Вчера фундамент моего опыта пополнился ещё одним немаленьким кирпичиком, о котором я и постараюсь сейчас вкратце рассказать.
 
Корея, да и сами корейцы, как известно, довольно сильно чувствительны к разного рода потрясениям. Они любят организовывать разного рода группы, сообщества, митинги, демонстрации по поводу, а довольно часто и без. Вчера произошло событие, которое буквально всколыхнуло страну, причём настолько, что возможность в этом поучаствовать не смог упустить даже я - парламент Республики Корея ратифицировал Соглашение о Свободной Торговле(FTA) c США, чем вызвал массовое негодование со стороны левой оппозиции (даже не смотря на то, что один из, в известном смысле, «идолов» левых в Южной Корее, шестнадцатый президент страны Но Мухён, был в своё время одним из главных пропонентов этого соглашения, а во время своей новогодней речи 2006 года даже заявил: «Ради будущего нашей экономики, необходимо в перспективе заключить солгашение о свободной торговле и с Соединёнными Штатами» (우리 경제의 미래를 위해서 앞으로 미국과도 자유무역협정을 맺어나가야 합니다). За этой речью последовала череда переговоров и началась подготовка соглашения. Протесты против этой деятельности заставили Но Мухёна обратиться с «Особым обращением по вопросу компромисса Корейско-Американского соглашения FTA». В 2008 году власть поменялась и пост президента занял уроженец местечка Ками (加美) неподалёку от знаменитого японского города Осака(大阪), господин Ли Мёнбак. Семнадцатый президент тут же отличился довольно прагматичной и в некоторых случаях даже жёсткой политикой. Его администрация начала закручивать гайки в отношениях с северным соседом, КНДР, началось ещё более активное сотрудничество с Японией, вследствие чего его стали называть «прояпонский президент»(친일파대통령). А весной 2009 года, не выдержав давления со стороны прокуратуры, которая вела против него расследование по обвинению в коррупции, покончил жизнь самоубийством – бросился со скалы – уже экс-президент страны Но Мухён, что привело к новому всплеску его популярности как «Народного Президента»(國民大統領,국민대통령) и вхождение в пропаганду левых так называемого сравнения администраций двух президентов, где Но Мухён выглядел как «добрый дурачок» (в самом благородном смысле этого слова), а Ли Мёнбак же, наоборот, выставлялся как что-то глупое, несмышлёное, озабоченное лишь личной выгодой и так далее. В любом случае, FTA как шёл себе, так и шёл, пока позавчера, 22 ноября 2011 года, он не был ратифицирован парламентом.

16-й президент РК Но Мухён(盧武鉉)<- 16-й президент РК Но Мухён(盧武鉉)
                                                
17-й президент РК Ли Мёнбак(李明博) ->










Надо сказать, что движение по сворачиванию этого соглашения было развёрнуто довольно-таки внушительное и не было (да и сейчас, наверное, тоже) такого университета, где не висела бы какая-нибудь стенгазета с призывами не принимать это соглашение. Но вот, вопреки «народному протесту», соглашение прошло через парламент, а это значит, что через 60 дней оно вступит в силу, в течение 180 дней решение о ратификации можно отменить, а следующие парламентские выборы будут в апреле следующего года... В общем, как вы, наверное, себе уже представляете, страсти разгораются нешуточные. Оппозиция, без промедления «встав в авангарде народного протеста», начала организовывать самые разнообразные демонстрации (示威), в которых принимало участие по разным оценкам до двадцати тысяч человек и вот буквально вчера был второй день проведения подобных демонстраций в Сеуле, на который я не мог не сходить, поэтому на сим я прервусь с описанием предшествующих политических событий и перейду к описанию самой демонстрации.


Как я узнал потом по новостям агентства Рёнхап, в той демонстрации принимало участие около 10 тысяч человек (хотя я исходил её вдоль и поперёк и могу сказать, что в самый лучший момент там было дай бог тысячи три). Сама она располагалась на углу Сеульской площади(서울廣場), где была установлена импровизированная сцена с надписью «аннулировать это мошенничество» и «полностью отменить корейско-американский FTA» (날치기 무효, 한미FTA 전면  파기). Ещё днём ранее получив достоверную информацию и перепроверив её, что акция протеста запланирована на семь часов вечера, я прибыл на станцию Сичхон(시청역) в шесть сорок. Погода была жутко холодной и я, за всё время пребывания там ещё не раз пожалел, что не удосужился взять с собой перчатки.


 
Сразу перед выходом в город из станции метро, меня уже ждало довольно интересное зрелище: человек в тёплой одежде и шапке, напоминающей головной убор поваров в местных столовых, стоял с факелом, который (а было уже довольно темно + жутко холодно) освещал нацарапанную чёрным маркером на белом фартуке фразу «на демонстрацию - туда» и стрелочка, указывающая всем прибывающим, что надо сразу по выходу идти направо. Я собирался так и сделать, пока моему взору не предстал ещё более замечательный персонаж. Ещё один мужик средних лет стоял в костюме с маской Гая Фокса и позировал с надувным(?) молотком перед натянутой на кусочки полицейских заграждений маской в виде Ли Мёнбака с мышиными ушками (аллюзия на одно из прозвищ Мёнбака(명박) «крысёныш Бак» 쥐박, о происхождении которого ходят много легенд. Например, некоторые ребята откопали замечательный иероглиф 䶈 со значением쥐крыса и чтением пак 박) для всех, кто захочет его сфотографировать.)



 
Пройдя несколько шагов дальше, я и увидел, собственно, демонстрацию, вернее её начало. На импровизированной сцене располагался ведущий, перед которым полукругом находилось навскидку около двухсот человек; передние ряды расселись, а задние стояли. Сбоку, возле стены, прикрывающей кулисную часть настоящей сцены которую почему-то (может, потому что не получили разрешения?) решили не использовать, были расположены несколько столиков: с агитматериалами (табличками «долой Ли Мёнбака» и т.д., и разного рода листовками), небольшими подстилочками размером сантиметров 30 на 30, перчатками и т.д., наверное, там же можно было получить и свечки; а прямо рядышком с ними удобно расположился товарищ, который на своей передвижной печке жарил и раздавал корейскую картошку-батат(고구마). Я обернулся шарфом так, чтобы были видны только глаза (в этот момент я пожалел, что не догадался купить себе какую-нибудь балаклаву, чтобы скрыть свою западную физиономию и не навлекать на себя подозрительные взгляды корейцев, и направился в толпу. Среди людей то и дело туда-сюда шнырял дедок лет 70 с подстилками и перчатками и предлагал их всем желающим, только с обязательным возвратом. В воздухе развивалось три флага, на все из которых была нанесена символика с подписью «Демократическая трудовая партия» (민주노동당). Народ то и дело бросал на меня подозрительные взгляды, но в целом старались не замечать «белую ворону» в своих рядах. Плюс я старался делать из себя важный вид, постоянно ходил с блокнотиком и что-то записывал, то по-русски, то по-корейски.


 
Спустя примерно 8 минут после официально назначенного начала митинга (то есть в 7 часов 8 минут) на сцену поднялся один человек, который объявил в микрофон, что сейчас свою речь произнесёт представитель ДТП(Демократической трудовой партии) госпожа Ли Чонхи(이정희). Женщина средних лет вышла на сцену, склонила голову и произнесла: «Дорогие граждане, простите нас, что мы не смогли остановить это воровство!», а затем громогласно: «Пускай они силой протащили этот проект, но ведь ещё осталась одна процедура. Давайте все вместе потребуем у Ли Мёнбака этот проект не подписывать!». Разумеется, не могла она не напомнить собравшимся и о главной цели митинга (как минимум для оппозиции) – о предстоящих в будущем году президентских выборах и выборах в парламент, после которых, разумеется, всё это дело «можно будет повернуть вспять». Я внимательно слушал и записывал минут пятнадцать, а потом, чтобы не концентрировать внимание только на одной части, обратно переключил его на то, что творилось вокруг.

 

В толпе, по краям её я заметил людей весьма «бомжеватого» типа, которые на каждый лозунг или риторический вопрос уровня «вы хотите окончить этот произвол?», выкрикиваемый оратором, орали что есть сил «да!», «ура!», «мы против Ли Мёнбака»(이명박 반대) или «уничтожим диктатуру Мёнбака»(명박의 독재 정권 박살 내자), тем самым как бы заставляя тех, кто перед ними орать тоже самое (не будем забывать, что человек – таки стадное животное). Отойдя от толпы на небольшое расстояние, я принялся фотографировать. Поскольку была ночь, а мой фотоаппарат не слишком хорошо работает с ночной фотосъёмкой, в результате чего фотографии получаются все смазанные, я включил вспышку. Это было крупной ошибкой. После первой же фотографии, ко мне подошёл солидного вида дядька, завёрнутый в шарф и приказным тоном потребовал показать фотографию, я показал, после чего он так же в приказном порядке заставил меня её удалить, на вопрос «почему», он ответил лишь «моё лицо»(내 얼굴), развернулся и ушёл.

 
Я продолжил ходить по площади, пока мне не стало вконец холодно. Когда я почувствовал, что руки мои уже не могут не то что ручку – фотоаппарат держать, я пошёл на поиски ближайшего магазинчика(편의점), где я надеялся купить горячую баночку кофе, чтобы хоть как-то согреться. Поиски у меня заняли чуть более двадцати(!) минут, во время которых я увидел замечательное зрелище. Со всех подходов к площади(если мне не изменяет память, их было в сумме пять) понемножку вылезала из автобусов и стягивалась полиция(경찰). Полицейских было несчитанное количество (хотя демонстрантов всё равно было больше) и большая часть (не все) их была вооружена щитом, одета в с виду пластиковую броню и толстые каски. Стягивались к площади они бросками в полтора квартала с выжиданием минут в 10-15, держали постоянную связь по радио. Все, кроме командиров отделений под «доспехом» носили жёлтую с белой полоской (чтобы лучше было видно в темноте) униформу, тогда как командиры были одеты во всё чёрное и не носили брони. Именно они координировали действия отрядов, говорили, когда идти и где останавливаться.

 

Наконец наступил конец моих поисков, я нашёл магазин, купил две баночки кофе (одну – дорогого японского (импортного), для того, чтобы сбросить с себя небольшую дрёму и одну местного дешёвого, чтобы согреться), тут же одну выпил (японскую. И тут же выбросил, мало ли что, а тут ещё и иностранец с банкой кофе проклятых 왜놈'ов(кор. "япошек")) , вторую спрятал в карман и пошёл обратно на площадь. Когда я на неё пришёл, народу там собралось несоизмеримо больше, чем было до этого. Позже я узнал из новостей, что там было примерно десять тысяч человек, хотя я на вскидку насчитал не более трёх. В любом случае количество участников заметно выросло, ведь наступил час пик, все возвращались с работы – грех не поучаствовать, вот добрая часть местных хвесавонов(служащих разных фирм) и прочего среднего класса и ниже по пути домой и осела на этой демонстрации. Большая часть из них уже не сидела, так как места не хватало, а стояла, причём стояла даже не на асфальте. Многие забрались на полицейские заграждения, операторы телеканалов(на вскидку помню лишь машины SBS и MBC) забрались на крыши своих автомашин, откуда и вели запись. Дело в том, что в центре площади велась стройка и так получилось, что большая её часть оказалась огорожена, так что места, чтобы развернуться полностью просто хватало.


 
Я обошёл эти заграждения и вернулся на площадь с той же стороны, откуда и вошёл, только я не дошёл до конца, а остановился возле стройзаграждения, которое мне было суждено случайно сломать и «открыть народу путь» к свободному передвижению по стройплощадке, но об этом чуть погодя. Для начала опишу что происходило в этой, «входной» части на демонстрацию. Так как сама площадь была уже до отказа забита народом, столик с агитматериалами переместился и встал ровно посреди небольшого «ущелья», образованного большой сценой с одной стороны и тем самым стройзаборчиком с другой, специально для того, чтобы всем входящим на демонстрацию вручить по одной, а то и две, карточке зелёного или красного цвета с лозунгами против действующего президента, его администрации и собственно соглашения FTA. Прямо перед этим столиком, возле стройзаборчика разместился и мужик в маске Гая Фокса с всё той же маской президента, который каждый раз, когда кто-то проходил мимо с фотоаппаратом радостно и в разных позах притворялся тем, что по ней бьёт, зазывая проходящих сфотографировать эту сцену. Иногда он отходил передохнуть, стаскивал с себя маску, делал пару глотков воды и возвращался на своё пост. На большую сцену уже взобралось несколько человек, в том числе и один из «бомжеватых», который очень громко, что есть мочи, скандировал лозунги и тем самым «подбадривал» входящих. У меня же он вызывал только раздражение, но с другой стороны, ко всему, что творилось на площади я относился весьма скептически.


 
Я примостился напротив этой самой сцены и начал делать заметки и записи. Ещё тогда рядом со мной встал мужик уже довольно пожилых лет и начал в меня активно всматриваться, однако тогда я не подал виду, что заметил это – я ведь единственая «белая обезьяна» на демонстрации, интересно человеку может, любопытно. В конце концов если бы в России на антиправительственную демонстрацию припёрся бы, например, негр, присутствующем бы тоже было любопытно.
 
В любом случае, я продолжил вести записи в блокнот и фото-видео съёмку, пока у меня опять не заледенели пальцы. Я решил их (да и вместе с ними всё тело) разогреть и начал совершать незамысловатую гимнастику, как вдруг, что-то у меня за спиной рухнуло. Я обернулся и про себя смачно выругался: за мной лежали пять секунд назад стоявшие части заборчика. Я просто забыл, что стою к нему вплотную и случайно облокотился назад. Результат – в заборе образовалась брешь. Я поторопился от него отойти, но к счастью через него тут же ломанулись двое стоявших рядом мужика. На встречу им с места сорвались два несчастных работника этой стройки, которых этим морозным вечером поставили сторожить площадку. Они быстро подбежали, встали напротив уже было собирающих пробираться вглубь мужиков и сказали, что входить туда нельзя (들어오시면 안 됩니다). Между ними начался спор, подошли ещё человек десять протестующих и я решил под шумок смыться подобру-поздорову, что мне и удалось. Я сделал несколько кругов по площади подмечая всё: людей, сколько уходят, сколько приходят, какие были флаги и т.п. Кстати, флагов прибавилось ещё несколько. Среди самых интересных был флаг а-ля тот, что использует гей-движение в США и какая-то из отечественных партий (Патриоты России, что-ли? Ну, такой разноцветный в полосочку) и даже парочку церквей(sic!). Естественно, протестантских. Дошёл я и до ворот Тэханмун(大漢門), входных в дворец Кёнбоккун(景福宮). Там как раз заканчивался тоже какой-то небольшой митинг (не больше, чем из двадцати человек), причём полностью оцепленный(!) полицией. В один момент она даже решили было передислоцироваться, но сержанты тут же поставили их на место и они там так до того момента, как митинг разошёлся.

 
После энного круга, я перебрался через полицейское заграждение ещё раз и увидел того самого мужика, который так усердно разглядывал меня ещё тогда, перед сценой. Не успел я перелезть через второй слой загражения, как уже стало понятно, что он хочет со мной заговорить. Я перелез, встал уже по ту сторону, оттряхнулся и начал копаться в своём блокнотике. Тогда он первым и заговорил: «Извините пожалуйста. Я тут вас уже давно заметил и вот мне стало интересно, что это вы тут делаете.». Я обалдел: он ко мне обратился по-корейски! Неимоверно обрадовавшись, я тут же завёл с ним беседу. Начали подбираться полицейские, которых он презрительно называл «полицаями»(경찰놈), поэтому он отвёл меня в глубь стройплощадки, благо в ограждениях уже со всех сторон были крупные бреши, а на аккуратно в кучки сложенных строй материалах (в основном досках) уже стояли люди с камерами, да и просто те, кому было плохо видно.


 
Мы начали разговаривать с этим самым ачжосси. Ему было несомненно приятно, что я говорю по-корейски, а ещё более приятно, что я знаю современную историю страны. Родился он ещё при Ли Сынмане, жил, учился и протестовал при Пак Чонхи. В армии не было по состоянию ног, но это не мешало ему протестовать. 
Первый президент РК Ли Сынман(李承晩)<-Первый президент РК Ли Сынман(李承晩)
 5,6,7,8,9 президент РК Пак Чонхи(朴正熙)
                                 5,6,7,8,9 президент РК Пак Чонхи(朴正熙) ->


Убедившись, что я в известном смысле «свой» (знаю немного историю, «правильно» называю Пак Чонхи тираном и диктатором, а борьбу корейского народа за демократию – героической), он начал мне рассказывать воспоминания из жизни, как он на это площади (его родители из провинции, но сам он родился в Сеуле) кидался камнями в «полицаев» и вообще много чего из истории. Я бы расписал это подробнее, но полученные в ходе этого разговора материалы я лучше оставлю для дипломной работы и не буду афишировать. Скажу лишь что начать записывать его монолог я догадался не сразу, но примерно после пяти минут после его начала я вежливо внимал, подтапливая его энтузиазм вопросами, восхищением, подчас даже искренним, а между тем, как он переводил дыхание, я урывал секунды, чтобы вставить своё мнение, что слышал или читал. В общем, я ему очень понравился. Но вот, демонстрация подошла к концу и люди начали расходиться. Он с презрением бросил взгляд на стройные колонны расходяшихся и сказал: «вот скажите мне, какие это к чёрту демонстранты! Вот когда я был молодым – это да.... А теперь что? Дык они ж просто поразвлекаться сюда ходят». На что я тут же его поддержал, сказав «Да. Если действительно вести борьбу за свои права, то продолжая славные традиции корейского протестного движения. Драться до конца и побеждать!». После этого я посмотрел на него и понял, что я ему не то чтобы понравился: он в меня как говорится «чуть ли не влюбился», то есть начал на меня вываливать такой поток информации, что мне её ещё обрабатывать и обрабатывать. Благо всё записано на диктофон. В общем, говоря шёпотом «тут везде секретные полицаи в гражданском»(비밀경찰) и указывая на разных людей, стоящим в одиночку и говорящих по телефону, он меня тут же потащил через всю стройку обратно к сцене.
 
Толпа тем временем начала неистовствать, некоторые, особо рьяные, решили пройти маршем по одной из главных улиц города и их путь (нежданно, негаданно) преградила полиция. Со стороны демонстрантов (из которых осталось дай бог половина, причём только молодые) начали раздаваться антиправительственные возгласы. Ответом на них стала струя воды из пушки, закреплённой на длинном выдвижном шесте на машине, похожей на небольшой грузовичок. А холод-то стоял собачий! Кто промок – его\её проблемы. Однако сразу после этого народ ответил зонтами, а некоторые даже пришли подотовленными – на них были дождевые плащи! Кольцо полиции стягивалось со всех сторон сначала «маршрывками», а потом, они подошли вплотную к протестующим, их начали осторожно теснить в сторону метро, пока они не разошлись и демонстрация закончилась ровно в десять часов вечера.


 
За это время старался наснимать как можно больше снимков, но, к сожалению, уже в который раз, меня подвела моя же беспечность. Я забыл зарядить фотоаппарат, в результате чего, когда началась сама заварушка я поти не смог ничего снять, однако за то время, когда батарейка ещё имела небольшой заряд, я успел постоять на цветочной клумбе (да-да, с живыми, уже даже потоптанными до меня цветами), с которой тот добрый ачжосси согнал двух фотографировавших студенток, чтобы дать мне хоть какой-то ракурс. Постоят на полых внутри, но железно крепких строительных стенках, чтобы сделать ещё один снимок. Получил немного из водяной пушки, хотя он велел мне не подходить близко, ибо там опасно(위험해요), да и вообще повеселился вдоволь.


 


После того, как все участники демонстрации были разогнаны (а вернее мирно разошлись по домам, хотя говорят, что 11 человек всё-таки задержали) спустя три часа после её начала, я тоже пошёл домой, спокойно переваривая всё увиденное, услышанное и почувствованное за эти три часы.

И так, я могу сделать три вывода. Вывод первый: люди ходят на демонстрации в основной своей массе не для того, чтобы изменить что-то, а просто чтобы похулиганить. Ведь сделать гадость, за которую тебе ничего не будет (как, хотя бы, потоптаться на той же красивой цветочной клумбе). Эту атмосферу «вседозволенности и протестного неповиновения» я почувствовал сразу после того, как начались «столкновения», если так можно выразиться, с полицией, а психология толпы сделала своё дело. Однако корейцам надо отдать должное – они лишь потоптались на клумбах, вытяжках, прочих возвышенностях и кафе, которому непосчастливилось оказаться рядом с эпицентром столкновения, хотя не исключено, что могли для него и положительно сказаться. Кофе горячее, а на улице холодно.


 
Второе. Я узнал, что есть в Корее такие замечательные люди, как «профессиональные демонстранты». То есть люди, которым глубоко плевать за или против чего проводить демонстрацию. Они просто делают с этого деньги: рекламируют, готовят агитки, сами приходят на демонстрацию «подбодрить сзади» зазевавшуюся и уставшую толпу, чтобы её, так сказать, держать в тонусе. В общем, люди на этом бизнес делают. Готов предположить, что довольно успешный.
 
Третье. Большая часть корейских демонстраций состоит из банальной рекламы и самопиара для различных организаций. Вот не знаю, чем соглашение FTA так не понравилось тем же геям или церквям, но засветиться-то засветились. Плюс, как я уже сказал, «расслабуха» для народа тут будет покруче норебанов и прочих концертов вместе взятых – тут энергия выходит просто «на ура», а значит и эффект от самоерекламы будет выше. В эту же группу относить и пиар политпартий, имея ввиду предстоящие выборы. А так, демонстрации в Корее в настоящее время это в основном банальные профанации, на которые большинство (十中八九) людей ходит не протестовать, а просто развлечься, побузить.  

Плюс ко всему ещё одно важное замечание. На демонстрации алкоголя замечено не было. Вот вообще, сколько ни ходил, хотя холод стоял весьма сильный.

P.S. А вот и фотография той самой протоптанной нами клумбы. Ноги не мои)


Current Location: Сеул, Южная Корея
Current Mood: artisticㅇㅅㅇ

(5 comments | Leave a comment)

2011年10月25日


am 04:06 - "Весёлый" "хару(кор. сутки)"
После достаточно большого перерыва, вызванного во многом объективными обстоятельствами, такими как подготовка к переводу из СПбГУ в корейский ВУЗ. Уже неделя прошла с того момента, как я, отчислившись по собственному желанию из Университета и забрав оттуда документы, приехал в Корею в надежде обрести место в южнокорейской системе образования в качестве студента. В следующем цикле записей я планирую описать трудности, которые возникли (и продолжают возникать) у меня с поступлением.

Однако пишу я сейчас по другой причине. Дело в том, что мои приключения по Корее, сколь бы короткими они не были, продолжаются. И так, сейчас я пишу из славного приговорда Сеула под названием Ансан, где я встречался со старым корейским другом, предварительно нажравшись(простите, что пишу такими терминами, но это так) в хламину с целой группой корейцев из конторы моего бывшего работодателя.

День для меня начинался тяжело: я проснулся в час дня потащился на занятия, которые я сейчас веду, используя для этого в наглую ресурсы Корёдэ. После того, как я позанимался с человеком до четырёх часов и уже решил пойти в библиотеку позаниматься по человечески, мне сначала не долго названивали (секунд 5 - 7 всего), а потом написали смской с просьбой( а точнее приказом, оформленным под просьбу) прийти в 6 часов 30 минут к назначенному месту  в отеле Мапхо-кадын (который на самом деле оказался Соуль-кадын, но на станции метро Мапхо). Там меня затащили в традиционный корейский сикитан (а-ля "ресторан"), где напоили пятью (на четырёх человек) бутылками сочжу. Потом меня потащили в сульчип, где в меня влили два литра пива, после чего в 10, почти 11 часов потащился на обещанную встречу с моим другом, успевшим (под моим постоянным влиянием, конечно) стать "прогрессивным сталинистом", уж не знаю, какой смысл он в это понятие вкладывает.

Со своим другом я встретился только через некоторое время после моего приезда на станцию Ансан(안산역,安山驛) в пригороде Сеула. Дело в том, что во-первых, в меня влили слишком много алкоголя (а меня предстояло ещё и пить с этим человеком!!!) поэтому, прекрасно понимая это, я посетил уборную, где из меня (простите за подробности) весь алкоголь вышел со всем обедом (то же самое, я надеюсь, постигло и мою мокроту у горле отхаркивающее не идёт с её выводом ни в какое сравнение с сб(простите;;)лёвывающем. В общем, там меня протащило хорошо. Выйдя из метро я пошёл на второй выход, куда меня и направил мой друг, однако его так не оказалось. Побродив некоторое время и безуспешно уго поискав у меня сдох телефон и я пошёл отлавливать корейцев (к счастью я был немножко сильно поддатый и вместе с разительным запахом сочжу из меня шёл и коммуникационный позитив. Отловив какую-то парочку корейцев в закрывающемся метро, я попросил их о помощи, включил телефон, чтобыназвать номер, но успел я назвать только первые 4 цифры, как он снова умер и все мои другие попытки включить его не увенчались успехом, так что в сумме никто никуда так и не позвонил. Мне сказали, что все дома находятся на первом выходе и я пошёл туда. Его там, понятное дело, не было.

Я ещё минут 15 походил, поискал своего друга, после чего окончательно разошёлся решил пойти "вабанк" и отправился обратно к той парочке, которой я уже на СТРАШНЮЩЕМ КЁНСАНДОСКОМ ДИАЛЕКТЕ (я был настолько по-корейски нетрезв, что не мог разговаривать на нормальном корейском языке) рассказал о своём положении этим дружелюбныс корейским товарищам. Мужчина решил поводить меня по магазинам, среди которых мы нашли один (мы посетили их целых два), предоставляющий зарядку для аккумулятора именно моего телефона. Обошлась мне зарядка в тысячу вон, да и подождать пришлось аж целых 30 минут, за которых я успел сходить обратно на второй выход (магазин был перед первым), покричать имя моего товарища (благо я был уже "в кондиции" и мне было как-то "по-барабану"), вернуться обратно, попросить у сотрудника магазина (вернее, его девушки) ручку, чтобы записать свои ощущения на рекламной странице Ёмиури симбун (読売新聞) за 24 число(сегодня), которую я утащил ещё из Соуль-гадына.

Через 15 минут мне-таки вернули мой телефон и я связался с другом. Он сказал, что он находится в клубе 에스티존(STZone - в том, где я нахожусь сейчас и пишу данные строки) и приказал меня подходить к нему. В тот момент от моего сеульского диалекта не осталось ничего! Я перешёл на такой страшный пусан-маль с пусанскими же матюками, что даже мой друг (уроженец города Куми, что над Тэгу), что ему пришлось выйти из клуба, как только я подошёл к двери и даже он осторожно но настойчиво попросил меня прекратить материться (это мне, иностранцу, говорит бывший военнослужащий! Да ещё из провинции!!!!).

Мы посидели, поговорили. Я обещал его при возможности в следующем году познакомить с хорошей русской девушкой и Сеуле (он в 2012 году будет навсегда переезжать в Сеул). Пили мы корейское пиво кхасс (카스). Выложил я за нашу попойку 10 тысяч вон (а включая плату за то, чтобы доехать до пригорода Сеула Ансана - ещё больше), но что не сделаешь, разди встречи со старым корейский другом! Говорили только по-корейски, да причём на диалекте - ибо панмаль! Я забил на всякие правила, чему нас учили в универе и пошёл говорить так, что даже сотрудница сульчипа, в котором мы остановилась офигела от того, что я - иностранец, а не кореец. Мне сказали ,что моя речь(말투), очевидно под влиянием того самого тэгуского товарища, и лицо (얼굴, это уже точно под влиянием час назад выпитых бутылок водки) перекошено изменилось со времён нашей последней встречи где-то эдак в мае этого года.


В общем вмы говорили обо всём, начиная от девушек, заканчивая Сталиным. Выпили пол примерно трёх-(может и больше) литрового чана пива, остатки которого он забрал себе . Расстались мы у остановки такси. Он сел и поехал (я не спрашивал куда ,но, наверное, до автобусного терминала), а я пошёл в тот самый клуб, откуда и пишу эти строки. Сидеть мне тут осталось примерно час,  буду думать, чем заняться. А пока пока так. В общем, не смотря на то, что я получил хорошее алкогольное отравление (вэклам ту кориа =) ) День (а вместе с ним и вечер), удался.

Current Mood: calm>-

(2 comments | Leave a comment)

2011年6月22日


pm 02:24 - Моё небольшое "творение" (текст на корейском)
На одном из занятий по корейскому языку (шестой уровень) нам предложили самим сочинить и написать так называемый "newsletter", по-русски - что-то вроде информационного бюллетеня, на свободную тему. Я не мог не воспользоваться этой возможностью и выбрать ту тему, которую давно хотел - пародию на статьи из журналов КНДР (типа Чхоллима, Чосон Йесуль и т.д.).

Работа изначально предполагалась коммандная, но, разумеется, такие "новости" никто из студентов, кроме одной девушки из КНР, не захотел со мной делать, но я в любом случае собирался делать этот проект в гордом одиночестве, хотя бы просто для того, чтобы просто поупражняться в написании крайне идеологизированных статей. К сожалению, в виду моего скудного знания корейского языка, понаписать очень хороших статей не удалось, однако даже то, что получилось, на мой взгляд выглядит довольно ничего. Разумеется, так как предмет назывался "고급 한국어 프로젝트", то писать приходилось исключительно на стандартном южнокорейском (표준어), но я старался пропихивать 'северокореизмы' (в основном орфографические) куда мог. Искренне надеюсь, что мои чтения "революционной литературы" не прошли даром.

Ниже предлагаю Вашему вниманию две небольших "статьи" из моего проекта. 

つづきを読む...Collapse )
 

Current Location: 대한민국, 서울특별시
Current Mood: amusedㅇㅅㅇ

(5 comments | Leave a comment)

2011年5月20日


pm 07:11 - Интервью с 탈북자(Тхальбукчча)
 Часто в разговорах с южнокорейцами на политические темы, мы затрагиваем КНДР. Поскольку эта тема довольно... хмм... многогранная, то часто наши разговоры превращаются в дискуссии, а иногда, правда за редким исключением, и в едва ли не идеологические баталии. Недавно я получил возможность впервые в жизни встретиться и взять небольшое интервью у так называемого "тхальбукчча"(탈북자), перебежчика из Северной Кореи.
つづきを読む...(Читать далее...)Collapse )
Current Location: 대한민국, 서울특별시
Tags:

(4 comments | Leave a comment)

2011年5月11日


am 11:45 - Слушая лекцию.. (или "한국사의 재조명" 강의를 들으면서..)


За последний месяц произошло много чего как хорошего, так и не очень и это заставило меня довольно сильно отойти от внешнего мира и заняться вплотную проблемами более насущными. Теперь, когда всё нормализовалось буду продолжать рассказывать о жизни и учёбе в южной Корее.

Сейчас я нахожусь на паре. Она будет идти ещё целый час, поэтому время есть. Сижу я на последнем ряду в углу за столом у окна. Лекция называется "Пролитие нового света на историю Кореи" (кор. 한국사 재조명) и когда я на неё записывался (расписание на этот семестр у меня изменилось кардинальным образом), то думал, что она будет очень интересной, да и один хён с библиотеки говорил, что она "безумно интересная", однако послушав несколько лекций я немного приуныл. Разумеется, я - единственный иностранец во всей группе (примерно 50 человек).
 
Нет, лекция действительно довольно неплохая и профессор очень интересно рассказывает, только вот слово "история" в этой лекции, на мой взгляд, лишнее. Слушая этот курс, мне вдруг вспомнилась рассказанная кем-то шутка про "вождеведение" вместо курсов современной истории в Северной Корее. Переведя этот термин для себя в голове на корейский (수령학), мне тут же пришёл в голову другой, которым хорошо можно охарактеризовать то, как преподают историю тут. Опять же исключительно для себя я охарактеризовал то, что я сейчас слушаю как 인물학 (усл. перевод: "персоналиеведение"). Как есть.

Что же мы проходим на парах по "Пролитию нового света на историю Кореи", что позволило прийти мне к такому выводу?

Примерно 70% всей лекции занимает рассказы об исторических личностях. Кто как и за кем(а главное - откуда! Профессор был в крайнем шоке, что я знаю кто такой (а с точки зрения некоторых и "что". Ещё в старых северокорейских книжках я читал, что так вполне мог именоваться титул, хотя тут всё же речь идёт о мифическом основателе (Ко)Чосона)단군, 고조선 а когда он в очередной раз удивился, что я прекрасно отдаю себе отчёт о том, что собой представляет 본관, я мягко попросил относиться ко мне как к студенту-корейцу) пришёл к власти, кто кого убил, кто как строил закулисные интриги...  А если они достаточно крупные (например Ли Сонге) их действия, жизнь, указы и т.п. Разумеется, практически ни слова про жизнь обычного народа. Зато много картинок с гробницами и могилами известных исторических деятелей. 
 
Вот, например только что сравнили бегство во время монгольских нашествий (которые тут называют "корейско-монгольской войной") корёского вана из столицы в крепость на острове с бегством Ли Сынмана в Пусан с началом Корейской Войны. ("...иначе мы бы все стали 북한 사람" (с) преподаватель. 
 
Скучаю по лекциям Сергея Олеговича. Только теперь я понимаю, что такое настоящие лекции по истории.

(Leave a comment)

2011年3月14日


pm 11:14 - Видэхан Рёндочжа. Теперь и в Корё-дэ!
Сегодня случилось невиданное, неслыханное и уж совсем нежданное для меня событие.

Когда к нам в библиотеку завезли книжки, было пять часов вечера. Я только пришёл с учёбы и мне было не до рассматривания того, что к нам ввозили на деревянной тележке, перевязанное белыми ленточками в стопках по пять-семь-десять томов. Единственное, что бросилось в глаза - все объекты были одноцветные. Тёмнозелёные.

По обыкновению, я пошёл разбираться с наваленными на других тележках книгами, а тележку с новыми, тем временем, уволокли в комнату отдыха персонала нашего этажа. Чуть потоптавшись, я пошёл в неё, чтобы налить себе чаю. Наткнувшись там на моего товарища, родом из Пусана, я с ним немножко поговорил, сбацал себе чайку и ушёл, так и не взглянув на стопку зелёных книг.

До восьми вечера я ходил туда-сюда или сидел перед монитором выдавал книжки, разговаривая с новоприбывшим г-ном Кимом, которому исполнилось тридцать лет и который по праву возраста, быстро перешёл со мной на "ты". В этот же отрезок времени я быстренько сбегал перекусить в ближайшую кафешку.

Вернувшись, я решил ещё раз сходить за чайком, для чего пошёл в ту же самую комнату отдыха. На этот раз людей там не было.  Было уже довольно темно, поэтому я включил свет. Надо сказать, что до чашки с чаем я так и не дошёл. Мой взгляд случайно упал на первую зелёную книгу в высоких стройных колоннах, в которые их всех сложили после проверки и пересчёта . Она называлась "История династии Ли(리조)" и заглавие было выбито золотыми прописными буквами, словно как на тридцати томах Чосонса (История Кореи), которые я храню у себя дома в Петербурге. 
 
И тут до меня дошло.
 
Я схватил первую книгу и нашёл глазами отметку издательства на корке внизу. Она гласила "사회과학출판사". Ниже золотыми же буквами было выбито "주체99(2010)". Я остановился. Замер. Нет, это не может быть книга, напечатанная в КНДР. Тут, в Южной Корее, где за прослушивание музыкальных треков могут влепить два года.  Я вернул эту книгу на место и взял следующую. "Чучхейское Искусствоведение". Следующую. "Сборник научно исследовательских работ по праву". Следующую. "Моральные принципы при жизни при социализме". Следующую. "сборник научно-исследовательских работ по истории Революции Трёх Великих Пэктусанских полководцев Т.1".

Не может этого быть. И они собираются это выставлять в читальном зале?! Для общего чтения? Интересно!

Я всё ещё не мог поверить, что это настоящие северокорейские книжки. Я открывал каждую из тех, что доставал, по очереди, прощупывал бумагу, подшивку. Всё в точности, как моя тридцатитомная "История Кореи". Даже бумага ещё приятнейше пахнет деревом.

Открыл и начал читать. С первых же строк: "Великий Вождь Товарищ Ким Ирсен указывал так". 

Я был очарован. В душе появилось такое ощущение, будто я снова влюбился. Ещё в Петербурге я учитывался биографиями вождей, всеми северокорейскими книжками, что мог достать и даже работу курсовую написал на тему сравнения мифологий Тангуна и Ким Ирсена. Вот именно за это я полюбил Северную Корею.
 
Тут ещё масла в разгорающийся в моей душе "мировой пожар" (ну люблю я читать такие тексты) добавила фраза Ким Ченира с первой страницы одной из книг.
"우리 민족의 건국시조는 단군이지만 사회주의조선의 시조는 위대한 수령 김일성동지이십니다."(김정일선집13권, 427~428폐지).
Эта фраза по сути подтверждает то, что я предполагал в своей работе относительно мифологии о Вожде.
 
Так что вот. Эмоции переполняют, за что прошу прощения у читателей.





Current Mood: excitedexcited

(32 comments | Leave a comment)

2011年1月31日


pm 11:14 - Кванчжу. Приезд и первый вечер.

Наверное, за всё время путешествия, Кванчжу будет самым лучшим городом из тех, в которых мне довелось побывать. И отнюдь не потому, что это по-сути последнее место в цепи моего путешествия, нет. Но, начнём по-порядку.

В Кванчжу мы ехали сравнительно долго. Не смотря на то, что отправились мы в шесть часов тридцать минут вечера, солнце уже давно село, вследствии чего было крайне темно и смотреть в окно стало абсолютно бессмысленным занятием.

Вместо этого я включил лампочку над головой (в автобусе свет общий включают только при остановках, чтобы входящие могли нормально найти свои места, а выходящие, соответственно, безопасно выйти), откопал (практически в прямом смысле) в рюкзаке свою походную тетрадку и принялся как можно точнее и детальнее описывать все события моего пребывания в Тэчжоне (я всегда стараюсь записывать произошедшее не сразу, а чуть позднее, когда в голове всё хорошо уложится, нарисуется хорошая, детальная и объективная картинка). Пока писал, мы прибыли на одну из остановок, на которой в автобус вошли ещё несколько человек. Две женщины прошли мимо меня, остановились, вернулись и, посмотрев на меня, сказали, что это их место. Я встал, посмотрел на полку над сиденьем, где были написаны места. "Места номер пятнадцать и шестнадцать", - вслух прочитал я и достал свой билет. У меня в строке "좌석", "место", было написано число семнадцать.

"Ой, извиняюсь", - сказал я и, кряхтя перетащил свой багаж на место, параллельно тому, где я сидел (всего в автобусе было две "колонки" по два места в каждом ряду), только не на левой части автобуса, а на правой, где наверху как раз и были написаны нужные мне цифры. Девушка, которая там уже сидела, посмотрела на меня и мой багаж и решила перелезть на незанятые сиденья сзади. После пересадки, ей оказалось неудобно, так как она пыталась до этого поспать и откинула спинку кресла назад. Она привстала, и попросила меня негромким голосом потянуть рычажок, регулирующий сиденье на себя, указывая мне на его примерное местоположение пальцем. В кромешной темноте я нащупал рычажок и потянул его. Кресло встало на своё место и я плюхнулся и него, оставив багаж на кресле рядом, включил свет уже на новом месте, достал обратно ручку с листком и принялся писать дальше. Писал чуть более двух часов. Наконец, закончив свой труд аккурат к моменту нашей остановки на дозаправку для автобуса, туалет для путешественников и кофе для водителя, я попытался немного "размякнуть" в кресле. У меня этого не получилось, поэтому, оставив все попытки поспать, я принялся слушать радио, поскольку по внутриавтобусному телевизору шло очередное "игровое шоу" (오락쇼). Я решил послушать сначала немного японской музыки, которой набил плеер почти под завязку, а потом и радио. Ждать прибытия в терминал славного града Кванчжу оставалось недолго.

Приехали мы в районе восьми часов пятидесяти минут вечера. Кванчжу встретил меня совсем по-иному, нежели любой другой город, в котором я останавливался. Если Пусан встретил меня тёмными пустыми улицами, то Кванчжу поприветствовал меня калейдоскопом разноцветных огней изящного многоэтажного и, что не маловажно, кристально чистого торгового центра-терминала. Я в центр зала прибытия и отправил сообщение своему сеульскому хёну с просьбой залезть в интернет и посмотреть, как мне добраться до нормального ччимчжильбана - осмотр города лучше начинать утром.

В ответ пришло сообщение "оба-на! А что это ты вдруг в Кванчжу?", на что я ему позвонил, он сказал, что поищет и перезвонит. Я зашёл в местный сиктан Лоттериа и заказал гамбургер с напитком (картошки уже не было).

Не успел я начать трапезу, как хён перезвонил и крайне, крайне детализированно (едва ли не "столько-то шагов вперёд, потом налево...") объяснил мне как добраться до ччимчжильбана от станции Парк Сончжон (송정공원역). Поблагодарив ото всей души его за столь детальную помощь, мы распрощались. "Ну-с, в путь дорогу!", - не успел подумать я, как мне пришло аж три сообщения от него же, ещё раз объясняющие как и куда мне идти в тех же самых мельчайших деталях, только в этот раз он добавил ещё и номер телефона этого заведения. Воистину широка корейская душа! Правда с полученными от него указаниями две минуты назад ещё в ходе телефонного разговора запутаться стало уже просто невозможно, а вот зачем мне нужен их номер телефона - так и вообще непонятно, ну да ладно. Я поблагодарил его ещё раз и зашёл в ближайшую к терминалу станцию метро.

Купив жетончик и посмотрев, в какую сторону мне надо ехать, я спустился на платформу. На ней возле обогревателя сидел человек, наблюдающий за посадкой/высадкой пассажиров (явление, которое я нечасто наблюдал в Сеуле (только, разве что, в час пик), совсем не наблюдал в Пусане, а в Тэгу и Тэчжоне эту роль отводили, как правило, девочкам-студенткам (т.н. 알바), поверх одежды которых были надеты жёлтые жилеты, что-ли, с наименованием метрополитена (н-р. "метрополитен города Тэчжон" и т.д.) на спине).

Я прошёл мимо него, сел на скамеечку и принялся ждать. Шли минуты. Одна... вторая... третья... Поезда не было, а ведь было ещё только девять часов! Я подошёл к человеку, извинился и поинтересовался, до какого часу в выходные ходят поезда в метрополитене Кванчжу.

"А, когда последний поезд, спрашиваете? Ну не знаю... где-то в одиннадцать пятьдесят, наверное", - последовал ответ и тут же, следом за ним, вопрос: "а Вы, собственно, откуда приехали".

Я рассказал, что я из России, учусь в университете Корё, а сейчас катаюсь по стране с целью сбора сведений о диалектах разных провинций. Он обрадовался, достал ай-фон, зашёл на карту популярной корейской поисковой системы Naver, нашёл на ней провинцию Южная Чолла и начал давать мне ценные сведения, куда и как лучше пойти, где какие диалекты по провинции можно услышать. Замечательнейший человек! Я бы с ним ещё разговаривал и разговаривал, но тут уже и поезд пришёл. Я сердечно поблагодарил его, он пожелал мне хорошо поисследовать, я сел в поезд и поехал.

Сойдя с поезда на нужной станции, я вышел через второй выход и направился вперёд. Крепко задумавшись, я пропустил нужный поворот и протопал лишних полсотни метров. Поняв, что я зашёл куда-то не туда, я собирался было поворачивать назад, но тут увидел вывеску PC-бана "оренчжи" (오렌지, orange). Подумал, что свериться на всякий случай с картой было бы не лишним. Туда и заглянул.

Войдя в клуб, я подошёл к стойке. За ней никого не было и я обернулся в поисках собственно ответственного. Увидел, как на меня из-за компьютера смотрит паренёк лет восемнадцати вопрошающим взглядом. Я подозвал его к себе, как обычно поинтересовался, по чём же у них час. Наверное с этого момента я этот город и полюбил. С первого взгляда. Вернее, с первого слова.

Что же такого произошло?

Обычно (в pc-банах всех городов, где я был до Кванчжу так оно и было. Без исключений. Без даже единого), люди останавливаются, смотрят на меня секунду, а потом медленно, иногда показывая на пальцах произносят сумму. Это если они не начнут пытаться говорить по-английски. Этот паренёк не моргнув и глазом, будто я и не иностранец вовсе довольно бегло начал объяснять, что для обычного клиента час обойдётся в тысячу ю.к. вон, а для зарегистрировавшихся (бесплатно) - всего в семьсот. "Отлично.", - сказал я. И сразу же поинтересовался, какие данные надо вводить для этого. Он ответил, что только номер ID (주민등록번호, номер местного корейского "паспорта"). Я тут же сказал ему: "Понимаете, я - иностранец и у меня есть только номер регистрации иностранца(외국인등록번호). Это подойдёт?". он немного призадумался и сказал, что, наверное, должно. Тогда я попросил его помочь мне с прохождением процесса регистрации. Он попросил меня следовать за ним.

Мы прошли пол зала, как вдруг он остановился и спросил, в зал для курящих меня или нет. Я сказал, что для не курящих (금연구역).Он сказал, что это прямо здесь и предложил мне выбрать компьютер. Я указал на самый ближайший. Это было машина за номером "18".

Он включил её и вместе мы разложили девайсы (в корейских клубах они обычно аккуратно сложены за монитором). Загрузилась операционная система Windows XP. После нескольких секунд ожесточённой загрузки, на экране всплыло стандартное окно с предложением ввести логин и пароль или номер карточки (о системе корейских клубов, надеюсь, будет позже и отдельно. под "клубом" я подразумеваю именно компьютерный клуб, т.е. PC-бан, PC방).

Я сел, разложился, вытащил карточку с номером регистрации. Он взял в руки мышку и ткнул курсором в кнопку "회원가입", "Регистрация клиента". Передо мной всплыло окошко, в котором нудно было ввести ник, пароль, подтверждение пароля, фамилию и имя, тот самый номер айди, дату рождения, номер телефона и адрес (его уже при желании). Я начал всё вводить, иногда спрашивая о допустимости ввода определённых символов в отдельные графы. Как только я ввёл номер регистрации, в поле "дата рождения" автоматически проставилась дата. Она, в принципе, было правильной, только вот там, где должен быть год моего рождения, почему-то проставилась цифра 2088. Я изменил её на правильную и продолжил ввод данных.

Как только я его завершил, паренёк сказал, что теперь надо нажать на кнопку подтверждения регистрации. Я нажал и мне тут же вылетело сообщение, вполне, кстати, ожидаемое, о том, что имя и номер неверны. Мы всё перепроверили. Всё, вроде, было написано правильно. Он предложил мне обратно изменить год рождения на 2088. Не прокатило. Ещё немного помучив систему, я предложил, чтобы мне дали карточку и я просто воспользовался компьютером как обычный пользователь.

"Но там же целая тысяча в час!", - искренне возмутился паренёк и тут же предложил: "Давайте я Вас под своим логином зарегистрирую, а Вы, когда будете выходить, просто оплатите и всё".

Я посмотрел на абсолютно простое и искреннее лицо паренька и поинтересовался: "а так можно?". "Разумеется!", - воскликнул он и, с моего разрешения, ввёл свои логин и пароль. Поблагодарив человека и получил скромный ответ в стиле "да что Вы...", я уселся за компьютер и принялся исследовать карту города. К сожалению, смена раскладки там была заблокирована и я решил в этот раз ничего в блоге не печатать, а просто заняться своими обычными делами. Через чуть более, чем два часа я вышел из клуба, оставив в клубе тысячу шестьсот единиц местной валюты (заплатил двумя бумажками по тысяче, получил сдачу мелочью.)

Паренька того уже в клубе не было (наверное, кончилось время его работы), поэтому рассчитывался я уже другим людям, уже много старше. Просто сказал им номер места, где я сидел, они сделали всё остальное.
"Да, жаль, что Вы не можете зарегистрироваться", - сказал один из них. - "Но Вы ещё приходите".

Попрощавшись, я вышел из клуба, пошёл в сторону ччимчжильбана. Войдя в него (немного поискав вход - он, оказывается, находился не со стороны дороги, а со двора), меня встретил пожилой человек. Я спросил, почём у них ночь. Он ответил, что семь тысяч. Я заплатил.

Он посмотрел на меня и начал прикидывать размер. Спросил: "а вам размер побольше?". "Не знаю. Давайте, что-ли поменьше", - ответил я. Он дал мне размер XL. Я поинтересовался, куда мне теперь. Опять, не сдерживаясь ни на секунду он просто начал объяснять, как, на какой этаж мне подняться, где баня, где сам ччимчжильбан и т.п.

Я поднялся наверх, на четвёртый этаж. Там ведь как: ключи от шкафчиков получают на "ресепшне" только женщины. Мужчины же поднимаются наверх, на четвёртый этаж, и просто вытаскивают свободный из ящика для хранения обуви, который используется и для шкафчика в том числе.

Найдя свой шкафчик (номер 409), я было принялся складывать в него вещи, как пришёл ещё один посетитель. Он был пьяный в "дрыз", прошу прощения, но тихий. Он доковылял до своего шкафчика, который по случайности оказался прямо под моим, вставил в него ключ и просто сел. Сел и уставился в пустоту, иногда похрипывая или издавая иные звуки. Я аккуратно сложил все вещи и пошёл мыться.

Выйдя из ванной, я направился на второй этаж (третий - ванная для женщин), нашёл себе небольшую подстилку и условно мягкую подушку, немного почитал и заснул. Завтра предстоял тяжёлый день.


Current Location: Korea, Republic of, Kwangju
Current Mood: tiredㅍㅅㅍ

(3 comments | Leave a comment)

2011年1月30日


pm 06:24 - Тэчжон. Чхуннамский университет.
Проснулся я очень рано, часов в семь-восемь. Спать в том ччимчжильбане, куда меня завели ноги в этот раз, было весьма неудобно, как минимум тем, что температура в "помещении для сна" (수면실) была чересчур высокой, от чего у меня под утро начала сильно трещать голова.

Поняв, что больше тут находиться не могу, я собрал вещи, вышел из здания и направился в сторону метро, попутно думая о том, куда же поехать теперь.

Ещё вчера ночью, когда совершал очередной многокилометровый пеший поход с целью поиска места для сна, я заметил замечательную машину, на заднем стекле которой была наклеена надпись "하쿠나 마타타", "хакхуна матхатха" и рядом приписано уже по-английский "ВВС РК" и какой-то номер, очевидно части, в которой человек служил, но вследствие безумного холода и того, что я и так уже сильно промёрз, тогда я её так и не сфотографировал, а сегодня её на месте уже не было.

Придя на станцию Чунгучхон (중구청역), я начал рассматривать карту и размышлять над тем, куда бы мне лучше пойти теперь. "Для начала - лучше поесть!", - подумал я и тут до меня дошло, что я не знаю где. Плюс мне нужен интернет. Подумав, я достал ноутбук с едва заряженным аккумулятором, включил его и подключился к одной из беспроводных сетей в метро.

Вообще, чтобы использовать беспроводной интернет в метро что Пусана, что Тэгу, что Тэчжона, надо зарегистрироваться на сайте и заплатить определённую сумму. Без этого браузером и разными мессенджерами пользоваться нельзя. Всеми, кроме скайпа, который, одним ему ведомым образом нормально подключается к сети и позволяет мне иметь хоть какую-то связь с товарищами.

Попросив помощи в поиске ближайшего легконаходимого ресторана типа Лоттериа у моей сонбэ, я только успел поблагодарить, как аккумулятор ноутбука кончился окончательно.

Я отправился в указанный мне сиктан, немного позватракав, и, поняв, что интернетом мне воспользоваться сегодня будет явно не суждено, вышел на улицу, думая, куда же пойти теперь. В районе станции метро были два университета и я думал заскочить туда, но, посмотрев на карту на станции, я увидел, что у них технический профиль и мне там явно делать нечего.

Я начал вспоминать, какой из университетов тут самый большой и на ум мне пришёл только Чхуннамский университет (충남대학교). Посмотрев на схему линии (одной! а ещё говорят, что Тэгу - деревня. Может и так, но линий метрополитена там две! =) ) я обнаружил станцию, рядом с которой было приписано, что на ней находится искомое мне высшее учебное заведение, собрал свой багаж и побрёл потихоньку в нужном направлении.  На станции Юнсонончхон (유성온천역) я сошёл с поезда, сверился с картой и вышел на улицу.

До университета я шёл не многим дольше пяти минут. Когда предо мной предстали его величественный врата, я остановился на секунду, чтобы их сфотографировать, прочувствовать момент (и дождаться зелёного сигнала светофора) и двинулся дальше. Войдя на территорию кампуса, я сразу заметил большое количество самых разных статуй, фигур и просто украшений. Весь университет был просто обставлен ими. Пофотографировав немного, я решил, что сначала - дело, а только уже потом можно и пофотографировать.

А дело у меня в университете было - пообщаться с местной администрацией по поводу требований к приёму студентов. Ещё когда я шёл по широкому проспекту у меня появилось желание не стараться и врукопашную (сиречь, самому) выискивать нужное здание, а просто спросить у кого-нибудь, однако в округе почти никого не было. Я прошёл ещё метров сто - сто пятьдесят, и из-за поворота на меня вышел один ачжосси, державший в руках палку и просто прогуливающийся по кампусу. Я решил к нему и обратиться.

"Извините, не могли бы Вы мне подсказать, где здесь Главное Здание? У меня тут пару вопросов по поводу поступления...", - спросил я у него. Он остановился, перевёл на меня взгляд и сказал, что главное здание во-он там, но вопросы по поступлению там не задают, из надо задавать в другом месте и показал мне его. Тут же оговорился, что сам уже ничего не помнит и сказал, что надо спросить у студентов. Четверо как раз шли на нас. Ачжосси подошёл к ним и сказал, указывая на меня, что вот ему надо по поводу поступления узнать. Один парень из группы подошёл ко мне взглянул на меня и спросил по-английски, куда мне надо идти. До конца его вопрос я так и не дослушал. Прервав его довольно глубоким вздохом (한숨). Я повторил по-корейски тот же вопрос, что только что задавал тот самый ачжосси. Парень, а вместе с ним и вся группа пришло в некое подобие замешательства, которое, к счастью, быстро прошло и мне объяснили, где главное здание, где местный аналог приёмной комиссии.

Мы разошлись, я поблагодарил и студента, и ачжосси и уже было готовился выбирать между двумя направлениями, как вдруг он (ачжосси) взял меня за руку и сказал, мол "пойдём-ка вместе".

Так мы дошли до главного здания, вошли в него. Внутри не было почти ни души. Только один полуспящий охранник. "Ах да, сегодня же воскресенье!", вдруг осенило меня. Пообщавшись с охранником, мы пошли в приёмную комиссию, где поговорили с двумя, до нашего прихода по сути спавшими в ней, людьми.

Мне всё разъяснили, дали брошюрку, которую я тут же принялся запихивать в пакет, к тому моменту уже находившийся в довольно плачевном состоянии, готовый порваться в любую секунду. Увидев это, администратор отдела дал мне бумажный пакет синего цвета с символикой университета.

Ачжосси задал им свой вопрос, который у него, очевидно, появился буквально минуту назад, и, вдвоём, мы вышли из здания. Я уже было собирался снова отправляться в путь, как он спросил "ты обедал?". Было уже довольно много времени и я, честно сказать, проголодался. "Нет", - ответил я, понимая, к чему это приведёт.

Мы пошли в ближайший нормальный сиктан(под нормальным я имею ввиду не Кимпап чхонгук) и отобедали там. Угощал он. Пока шли, обменялись телефонными номерами. Его зовут Ан Ильгвон. Сам является выпускником университета, сейчас у него свой бизнес в области шин.

В сиктане рядом с нами сидели два корейца, которые удивились говорящему по-корейски иностранцу, поспрашивали кто я и откуда.

Мы расстались час спустя. Я пошёл смотреть университет дальше, а он пошёл к себе домой. Я пообещал в будущем обязательно вернуться сюда и ото всей души поблагодарил его за помощь. На этом и разошлись.

Я пошёл продолжать "обход" университета дальше.

Насмотревшись на замечательные статуи, коих в нём много, да и видеть их можно на каждом шагу, я немного передохнул на скамеечке и решил, что пока мои ноги окончательно меня не довели, нужно двигаться дальше, к моему последнему месту назначения - городу Кванчжу (광주), после чего я собираюсь вернуться обратно в Сеул аккурат к Новому Году по лунному календарю (설날).

Кстати, сбор материалов в области диалектов (моя основная цель путешествия) идёт очень хорошо. Вернусь в Сеул, начну разбор и анализ. Правда, действительно, лучше было бы поездить не по городам, а по деревням и сёлам, но на это у меня нет ни денег, ни времени.

Господин Ан, уроженец Тэчжона, говорил довольно интересно, и когда ещё обращался со мной на "вы", вместо "가세요", например, говорил "가셔요".

Любопытно.
Current Location: Korea, Republic of, Taejeon
Current Mood: contentㅇㅅㅇ

(Leave a comment)

2011年1月29日


pm 10:41 - Отправление в Тэчжон.

Проснувшись рано утром, у меня возникло желание не откладывать перемещение между городами до позднего вечера, а отправиться к моему следующему пункту назначения пораньше. Для этого я вышел из ччимчжильбана в 10 часов, дошёл до метро и начал усердно вспоминать, где же находится автобусный терминал.

Постояв у карты метрополитена города Тэгу, я вспомнил название станции, с которой и началось моё знакомство с городом: станция "Восточный Тэгу" (동대구역), на которую я, позавтракав в ближайшем сиктане "Лоттериа"(롯데리아) и приехал в районе пол первого дня.

Сначала, только выбравшись на открытый воздух, я пошёл в сторону станции Тэгу (대구역), ошибочно полагая, что там расположен не только вокзал, но и хотя бы небольшой кусочек автобусного терминала. Осознал свою ошибку я только через пятнадцать минут брожения, во время которого я даже задумался "а не поехать ли на поезде?", но решил, что на автобусе будет дешевле и проще.

Ещё когда шёл на станцию, заметил человека, предлагавшего каждому проходящему корейцу рассказать о "Чынсандо"(증산도), одной из "новый корейских религий". Поскольку я был иностранцем, на меня даже не взглянули и я спокойно прошёл мимо. На обратном пути, когда мои поиски автобусного терминала на железнодорожном вокзале успехом не увенчались, он уже поубавил пыл, с которым буквально пол часа назад пропагандировал прохожим Чынсандо.

О религии я впервые узнал на лекциях по истории Кореи Сергея Олеговича Курбанова, правда он, насколько мне помнится, больше обращал внимание не на Чынсандо, а на Чхондогё, берущую свои корни ещё во времена "революции" Тонхак в конце 19 века (помню ещё, как нам было дано задание - сравнить её с начавшемся чуть ранее восстанием тайпинов в Китае). Данная тема меня сильно интересовала, поэтому, так и не найдя терминал, я обратился к потихоньку прозябающему человеку с вопросом, что, мол, мне в Тэчжон надобно бы, не подскажете, где тут терминал. С этого началась наша беседа, длившаяся без малого полтора часа. Говорили обо всём, начиная от русского языка, заканчивая политикой. Потом я обмолвился, что мне интересно было бы узнать про Чынсандо поподробнее, тем более, что про Чхондогё я довольно много читал и собирался написать дипломную как раз по теме новых корейских религий и собрал по Чхондогё довольно неплохую коллекцию потихонечку изучаемых материалов.

После чего на меня обрушился двадцатиминутный монолог (общение ещё в России с протестантами дали мне необходимую закалку), в ходе которого мне дали интернет адрес одной радиостанции, рассказали о филиалах в Сеуле и вручили несколько книг, а вернее - три. Обменявшись номерами и получив, наконец, нужные мне направления, я распрощался с этим замечательным человеком, пошёл в указанную мне сторону. Держа в руках полученные книги, я остановился перед светофором в ожидании зелёного и вдруг почувствовал, что на меня смотрят. Я скосился немного вправо. Так оно и было. Паренёк лет двадцати пяти с виду яростно разглядывал книжки, которые я держал в руках.

Я поторопился их спрятать, но было уже поздно. Как только сигнал светофора переключился на "зелёный", меня, только передвинувшего ногу для совершения широкого шага, настиг вопрос "증산도에 다니세요?", (Чынсандо-е танисеё?, Вы - веруете в Чынсандо?). Мы разговорились. Он оказался студентом-буддологом одного из институтов, сейчас тоже уезжал куда-то, но ему надо было в другую часть терминала. Пообщавшись немногим дольше семи минут, мы распрощались, я развернулся (пока с ним беседовал, забыл куда шёл), прошёл тридцать метров и нашёл, наконец, тот самый терминал, купил билет и сел в подошедший аккурат к этому времени автобус.
Current Location: Korea, Republic of, Taejeon
Current Mood: dorkyㅇㅅㅇ

(Leave a comment)

> previous 10 entries
> Go to Top
LiveJournal.com